2001-11-03 12:41:58

Жанровый гений Гая Ритчи ударил по расслабленным новозеландским мозгам и заставил их шевелиться – сделать продвинутое молодежное кино с крутыми парнями, многозначительными флэшбеками, модным монтажом, колоритным трепом и прочими достоинствами. Про Новую Зеландию рассказывают чудесные вещи. Что живут в этой замечательной стране сплошные отморозки и гедонисты. Будто пособие по безработице там такое, что не трудится ни один нормальный человек. Что съезжаются туда самые отвязные экстремалы, и там мозги у них окончательно съезжают набекрень, поскольку в атмосфере есть озоновая дыра. На этой земле обетованной только и стоит надираться ежевечерне, заниматься любовью, играть на бильярде и снимать про все это безумное кино.
Причем делается все это по образцу британской метрополии, излучающей в северной дали таинственное, порочное и манящее сияние. Описание «Большого приза» («Stickmen») следовало бы начинать: «от создателей "Карты, деньги, два ствола", от авторов "Большого куша"» или еще что-нибудь в этом роде, если бы, конечно, это было так. Жанровый гений Гая Ритчи ударил по расслабленным новозеландским мозгам и заставил их шевелиться. Захотелось делать продвинутое молодежное кино с крутыми парнями, многозначительными флэшбеками, модным монтажом, колоритным трепом и прочими достоинствами. Даже не сразу скажешь, где живут Джек, Уэйн и Томас, в северном или южном полушарии. Их существование организовано, как у правильных лондонских кутил – пьяные ночи, разноцветные шары щелкают, разлетаясь по зеленому сукну в лузы, в постели ждут подружки, имена которых забываются поутру, а впереди предстоит большая игра с колоссальными ставками и риском для жизни. Все нити держит местный воротила по кличке Папочка с крюками вместо рук. Рассказы что их отрубили посланцы якудзы, или он потерял кисти, минируя чужую машину, а может, спасая девочку из-под колес автобуса

Трем друганам встреча с папочкой сулит либо большие неприятности, либо колоссальные деньги – главное выиграть бильярдный турнир, проходящий по барам. Соперники, как полагается, отобраны типажные. Первая игра с геями, вторая – с парой бодрых священников, третья – с сатанинского вида неформалом в пирсинге, с дредами и бельмом на глазу. Далее идет пара роковых девиц и, наконец, команда свирепых банкиров. По идее держаться сюжет должен на интенсивном сексе, угарной пьянке и виртуозной игре. Секс обозначен многозначительно, но как-то походя. Исключительные возможности героев как бы предполагаются. Допустим. Это не главное. С попойками дело идет бодрее, но и это в конце концов не суть. Смысл всей затеи – удары и комбинации, блестящая техника, остроумные замыслы. Главными актерами должны были стать шары на столе. Убогую подражательность «Большому призу» вполне можно было бы простить, если бы ее искупала игра. Но вот ее-то как раз и нет.

Где там вспоминать про «Профессионального бильярдиста» с Полом Ньюменом, или про «Цвет денег» с ним же, или, на худой конец, про нашего «Классика». В любом порядочном московском бильярдном клубе насмотришься кино покруче. В кадре показаны в основном элементарные прямые удары, а более или менее эффектные (например, когда закрученный от борта белый шар забивает прицельный шар в среднюю лузу того же борта) даны с монтажными склейками, что начисто убивает их красоту. От расстройства даже забываешь порадоваться, что любовь победила смерть, бар остался у хорошего бармена, а не перешел в лапы злого мафиозного парикмахера, что тройка оклендских парней заработала бешеные бабки, чтобы и дальше шляться по злачным местам, тискать девок, надираться ежевечерне и бездарно катать шары по столу.

Газета.Ru